Форум » Поэзия, проза и публицистика » Нас спасут стихи - 2 » Ответить

Нас спасут стихи - 2

Аленушка: Поэзия лечит душу.

Ответов - 139, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 All

Аленушка: Это действительно так: стихи приходят именно в тот момент, когда нужно особенное слово - и попадают в самое сердце... А если не попадают - значит, не те стихи... Последние стихи...Чужие стихи – это же еда, не лакомство (на удивление отвратительное слово). Они нужны ровно в тот момент, когда должны к тебе прийти. Когда тебе надо их съесть, чтобы жить.Эти стихи, наверное, последние, Человек имеет право перед смертью высказаться, Поэтому мне ничего больше не совестно. Я всю жизнь пыталась быть мужественной, Я хотела быть достойной твоей доброй улыбки Или хотя бы твоей доброй памяти. Но мне это всегда удавалось плохо, С каждым днем удается все хуже, А теперь, наверно, уже никогда не удастся. Вся наша многолетняя переписка И нечастые скудные встречи — Напрасная и болезненная попытка Перепрыгнуть законы пространства и времени. Самое поразительное, что это стихотворение 1941 года. Прожившая уже тридцать с лишним лет, бывшая выпускница советского Литературного института, сочинявшая разрешенные стихи в духе времени, в стиле Багрицкого, ничем не лучше и не хуже других, Елена Ширман написала вдруг в начале войны стихотворение, которое было не о войне и которое как будто перескочило время. И саму войну, и советскую официальную мерзость, и даже сам поэтический язык. Это были стихи свободного человека. Который, возможно, знал, что скоро умрет. (Отсюда и право назвать их «последними».) Ни смысла рифмовать, ни писать социально значимые стихи, ни смысла укладываться в разрешенную систему у человека, все это написавшего, не было. Какой вообще может быть смысл у прорыва – кроме самого прорыва? Какая еще нужна правда, кроме этой? Только писать длинное и пронзительное стихотворение – как письмо. Вполне реальному человеку, чьего поцелуя ты уже никогда не почувствуешь. Вот интересно, что почувствовал адресат, если стихи до него дошли? Подумал, что так не пишут? Что – так – нельзя? Вот интересно, что почувствовал адресат, если стихи дошли до него как письмо, когда написавший это письмо-стихи уже умер? Через год, в 1942-м, в станице Ремонтной Ростовской области Елена Ширман оказалась в руках нацистов и была убита... ...Все красивое на земле мне хочется называть твоим именем: Все цветы, все травы, все тонкие ветки на фоне неба, Все зори и все облака с розовато-желтой каймою – Они все на тебя похожи. Я удивляюсь, как люди не замечают твоей красоты, Как спокойно выдерживают твое рукопожатье, Ведь руки твои – конденсаторы счастья, Они излучают тепло на тысячи метров, Они могут растопить арктический айсберг, Но мне отказано даже в сотой калории, Мне выдаются плоские буквы в бурых конвертах, Нормированные и обезжиренные, как консервы, Ничего не излучающие и ничем не пахнущие. (Я то, что я есть, и я говорю, что мне хочется.) ...Как в объемном кино, ты сходишь ко мне с экрана, Ты идешь по залу, живой и светящийся, Ты проходишь сквозь меня как сновидение, И я не слышу твоего дыхания. ...Твое тело должно быть подобно музыке, Которую не успел написать Бетховен, Я хотела бы день и ночь осязать эту музыку, Захлебнуться ею, как морским прибоем. (Эти стихи последние, и мне ничего больше не совестно.)... Я завещаю девушке, которая будет любить тебя: Пусть целует каждую твою ресницу в отдельности, Пусть не забудет ямочку за твоим ухом, Пусть пальцы ее будут нежными, как мои мысли. (Я то, что я есть, и это не то, что нужно.) ...Я могла бы пройти босиком до Белграда, И снег бы дымился под моими подошвами, И мне навстречу летели бы ласточки, Но граница закрыта, как твое сердце, Как твоя шинель, застегнутая на все пуговицы. И меня не пропустят. Спокойно и вежливо Меня попросят вернуться обратно. А если буду, как прежде, идти напролом, Белоголовый часовой поднимет винтовку, И я не услышу выстрела – Меня кто-то как бы негромко окликнет, И я увижу твою голубую улыбку совсем близко, И ты – впервые – меня поцелуешь в губы. Но конца поцелуя я уже не почувствую. Полностью стихи и текст - ТУТ

Speranza: Аленушка Стихи Е. Ширман были опубликованы на сайте поэтов - фронтовиков, так я и узнала об этом имени. Меня тоже поразило это прощальное объяснение в любви в предчувствии собственной смерти. Нашла ее биографию и еще больше изумилась - как она верно угадала свое страшное будущее! Да... Остался ли жив тот, кому посвящалось стихотворение? Был ли он счастлив, как хотела и желала ему Елена? Изумительная женщина!

Шалый: Когда -то играл и пел эту песню в школьном ансамбле. И не редко сейчас для ребят, которые знают, что такое - война.... Письмо отца Я читаю письмо, что уже пожелтело с годами, На конверте в углу адрес почты стоит полевой, Это в сорок втором мой отец написал моей маме Перед тем, как идти в свой последний решительный бой. Дорогая моя, на передней у нас передышка, Спят в окопах друзья, тишина на крутом берегу, Дорогая моя, поцелуй, ты, крепче сынишку. Знай, что вас от беды я всегда берегу. Я читаю письмо, и как будто все ближе и ближе Тот тревожный рассвет и биенье солдатских сердец. Я читаю письмо, и сквозь годы отчетливо слышу Я сейчас те слова, что сказал перед боем отец. Дорогая моя, на передней у нас передышка, Спят в окопах друзья, тишина на крутом берегу, Дорогая моя, поцелуй, ты, крепче сынишку. Знай, что вас от беды я всегда берегу. Я читаю письмо, а за окнами солнце смеется, Начинается день, и сердца продолжают любить. Я читаю письмо, и уверен, что, если придется, Все, что сделал отец, я сумею всегда повторить. Дорогая моя, на передней у нас передышка, Спят в окопах друзья, тишина на крутом берегу, Дорогая моя, поцелуй, ты, крепче сынишку. Знай, что вас от беды я всегда берегу. И это тоже нравится((( Михаил Круг Тебе моя последняя любовь Ложу в конверт, Чуть пожелтевший снимок Наивный взгляд Приподнятая бровь И губ незацелованных изгибы Храни его на письменном столе Где ноты неоконченных мелодий Скажи всегда ревнующей жене Её причёска,вот уж год не в моде И давность фото явно подтвердит Загадка глаз как у Марины Влади Что этой девочки давно потерян след А фото так, из юности привет Храни его на письменном столе Где ноты неоконченных мелодий Скажи всегда ревнующей жене Её причёска, вот уж год не в моде Храни его на письменном столе Где ноты неоконченных мелодий Скажи всегда ревнующей жене Её причёска, вот уж год не в моде


Аленушка: Speranza пишет: ...как она верно угадала свое страшное будущее! Да... Остался ли жив тот, кому посвящалось стихотворение? Был ли он счастлив, как хотела и желала ему Елена? Наверное, это свойственно -- не знаю про мужчин -- женщинам, которые потеряли надежду в любви: отчаяние и любовь (она все еще живет в сердце!) переплетаются и рождаются пронзительные строки. И с предсказаниями тоже. Когда у меня написались такие стихи, первым порывом было - дать прочесть. Чтоб знал!!! До сих пор не знает. Когда все отгорело-остыло, поняла: и хорошо, что не дала прочесть. Что бы я этим доказала? Что я лучше той, другой? Так он ее не за стихи выбрал. Мы, кстати, дружим - и с ним, и с его женой. Хорошее осталось - а это главное. Может быть, когда-нибудь, когда будем бабушками-дедушками, достану пожелтевшую тетрадку... Но прошлое не вернется, чувства тоже. И сожаления нет - потому что... Потому что это, в конце концов, было хорошо. Потому что есть другое, хорошее. Мне другое интересно: что чувствует мужчина, когда к нему обращено по-настоящему сильное чувство? Хотя... глупо как-то написалось. Когда тебя любят, а ты нет, это в тягость. Особенно когда есть чувство к другому... И сумбурно

Аленушка: отпуск_каю в твоем "прости" - читаю "поцелуй", глаза слезятся от ошибок горьких и город спит и ананасной долькой торчит луна. пожалуйста, ревнуй, люби других, встречайся, бей посуду, пожалуйста, живи, надейся, плачь... я паче чаянья удач и неудач не жажду равно, а потому - не буду ни отвечать, ни слать пустых вестей, ни сниться в снах и ни смотреться в спину. довольно, хватит, ни тоске, ни сплину здесь делать больше нечего. гостей таких я в этот год в дому не привечаю и суеверно закрестив порог иду на кухню. терпкий запах чая мне привкусом напоминает грог. коньячной сладостью измазанное нёбо -- одна, одна, и никаких забот. я мажу вязким полусонный рот... до мая мне осталось так немного. 130 дней, чуть более - ночей... без сна, без отдыха, но с выстрелом на прочность поочередно в каждый сонный бок, и в каждом отзывается любовь как эхо. откровеньем обесточив течет внутри совсем другая жизнь. смешение кровей арабско-сербских толкает, тянет, ускоряет в scerzzo и разбивает столбики из лжи. в твоем "прости" - читаю "ухожу", а впрочем не читаю - так, приснилось. я, веришь, наконец-то не держу. порой гораздо больше надо силы чтоб просто отпустить, чем удержать. отсюда

Шалый: Как ни странно, но все же по-моему юность сгорела. Первый признак, что трезво о жизни я стал рассуждать. Кружит снег не задумчивый, легкий, пушистый и белый, Я тебе не смогу на всю улицу громко кричать. G Даже глупости и сумасбродство навеки забыты, Я уже не смогу даже вспомнить о нашей любви, Помню только у дома цветы, и окно приоткрыто, И от летней грозы по дорогам струятся ручьи. Как ни странно, сейчас это кажется горькой потерей, Только порвана нить, что навеки связала с тобой. Также мы расставались тогда, но я все-таки верю В эту добрую, нежную, глупую, давнюю боль. Я уже не смогу так легко петь тебе наши песни И читать свои первые очень плохие стихи. Но мне кажется, если однажды проснусь на рассвете И увижу тебя, ты простишь мне все эти грехи. Я не знаю, когда мне придется тебя тоже встретить И увидеть в глазах твоих прежний веселый испуг, И на Ваше: "Ну, здравствуй, как жизнь?", не смогу Вам ответить, Извините, но только на "ты" я уже не смогу. Не смогу, это впрочем от многого освобождает, И от всех объяснений ненужных уже никому. Сколько время прошло, лет пятнадцать, а Вы все такая, Почему же мы с Вами расстались, никак не пойму.

Астра: Шалый У тебя еще есть свои стихи?

Аленушка: Астра Света, Вадим пишет стихи? И зарывает талант???!!!

Speranza: Астра, Аленушка Это песня Михаила Круга.

Аленушка: Speranza Надя, про эту песню я знаю. Я еще хотела придраться к словам "сколько время прошло" Но передумала. Просто ты, Света, Вадим знаете друг друга задолго до того, как я с вами познакомилась. Вот и подумала, что скромничают тут некоторые.



полная версия страницы